«Первое впечатление: почему все так плохо играют»

Михаил Мишурис продолжает рассказ о поездке в Чикаго, обучении в местной музыкальной школе, джемах и о прачечной самообслуживания.

YMCA

Тем временем мой друг выполнял план моей мамы, убеждая остаться подольше. А виза у меня была какая-то такая, что она на полгода выдана была. Я до сих пор не уверен, что не накосячил страшным образом так, что меня никогда больше не впустят в Америку.

По идее, у меня была на две недели виза, но я на несколько месяцев остался, в общем, самостоятельно. Мне на выезде гневно что-то тыкали пальцем в паспорт, но я не понял. Так что я и говорю, я не уверен, что я не забанен до сих пор там.

Чикаго, центр

Итак, друг мой Костя убедил меня, а он-то жил не в Чикаго, он жил недалеко от Чикаго, но тоже другой штат. Там университет в Мэдисоне. Тоже, кстати, уникальное место. Там инди-студия была, которая записывала всяких великих людей, типа Кобейна. Мне об этом, когда я в автобусе ехал в этот самый Мэдисон, какой-то хитрообразный молодой человек объяснил, что он едет в Мэдисон специально на эту студию.

На том фестивале мне попался буклет с рекламой школы музыкальной для взрослых. Мы просто тупо туда поехали, и меня туда записали на несколько курсов на всё лето. И всё, типа, дело сделано.

Проблема была в том, что у меня никого знакомых в Чикаго не было, и нам за один день надо было жильё найти.

Сначала мы заехали в какой-то отель в центре, но он выглядел очень мрачно и очень был похож на тот, где жил Элвуд Блюз в фильме «Братья Блюз». Там очень страшно, очень грязно, комната без окон, какой-то безумный вентилятор.

Место как из фильмов ужасов. Это стоило всё что-то довольно дорого. Но когда мы проездили целый день, мы решили всё-таки вернуться туда. Но нам эту комнату уже не сдали, сказали типа «идите отсюда», видимо, решили, что мы какие-то подозрительные.

В итоге меня вписали в такое странное место под названием YMCA. Это общага, она этажей 25 такая общага, вроде как социальное жильё. В общем, перед отъездом окончательно на улицу человек какое-то время барахтается ещё в YMCA.

И на том же этаже, в соседнем номере у меня жил Лури Бэлл, как выяснилось позже. Это вот у него тоже был последний этап перед ночеванием на улице. Я его там неоднократно встречал, он у меня сигареты стрелял. Вообще он произвёл впечатление просто психа с улицы.

А меня потом спросили: «Лури Бэлла знаешь, он у вас там где-то живёт» Я по описанию сразу понял, что это он. А ещё я его постоянно в клубах встречал, причём он никогда там не играл. Причём раньше ещё, как только мы в Чикаго приехали, я его, оказывается, видел на улице играющим и даже заснял на камеру, но как-то не сопоставил.

Ну, вот, оказывается, я рядом с великим блюзменом современности жил.

Концерты и клубы

Блюзовые концерты я искал по газете бесплатной, я из центра не очень любил выбираться. Максимум, я вот доезжал до Старого города.

В Blues Central я Отиса Раша слушал, меня водили в Checkerboard Lounge, это тот клуб, где Мадди с «Роллингами» выступал. Мы туда попали в какой-то не в особо профильный день. Там группа играла, даже белая. Мне показалось мрачным местом.

Оно, собственно, в Чикаго и есть так. Чтобы «дорого-богато», таких мест-то и нет. Наиболее подобное место Buddy Guy’s Legends, но он туристический. И там, конечно, лучшие исполнители, самые известные. И он, в общем, ресторан. Больше я ни одного клуба не помню, чтобы там вообще какую-то еду хотя бы давали.

Типичный чикагский блюзовый клуб — это довольно мрачное, грязное заведение, где ничего, кроме алкоголя нет, никакой тебе еды.

С Бадди Гаем в Buddy Guy Legends

Я не был в каких-то довольно известных заведениях. И там всё, как я понял, по сообществам таким разбито: одна тусовка в одном месте, другая тусовка в другом месте.

Примерно тогда, когда я начал в Чикаго жить, я блюз и понял. До этого мне казалось, что в Москве даже вроде и поинтереснее. И играют как-то получше.

Вот это странное мнение мне высказывали люди и здесь, которые были вот в том же Чикаго, в тех же местах, что я. Они говорят: «Да у нас лучше блюз играют». Сейчас я и слышать такое не могу. Не играем мы лучше блюз. Ну тогда сразу первое моё впечатление было тоже «почему все так плохо играют».

А потом были прорывы — Отис Раш меня сразу за живое взял.

У меня тогда эрудиции мало было, мне не хватало знаний, на кого я попаду. Так я, увы, пропустил Соломона Бёрка. Но многое хорошее увидел.

Old Town School of Folk Music

Занятия проходили каждый день. У меня были занятия по пению, по гитаре и по гармошке.

Групповые занятия по пению — это забавно было, у нас тоже, как в фильме, за окном идёт эта знаменитая надземка, грохочет, и вот когда она проезжает, все замолкают. Проехал поезд, дальше урок можно продолжать.

Я, честно говоря, плохо очень помню занятия. По гитаре, ну, как обычно, что-нибудь тебе показывают, ты повторяешь. А по пению вот прямо не очень помню. Ансамбль. Собираются все и что-то пытаются изображать в меру скромных возможностей. Всех, кто хотел ансамбль, их на несколько групп распределили.

В школе на занятии

И потом руководитель говорил: «Каждый должен по две песни принести». И мы с этим ансамблем потом сыграли в Buddy Guy’s Legends. У нас специально перед основным концертом был сет ученический, школьный.

А основной концерт в тот раз выдался необычный — как раз умер Лютер Эллисон, и там сделали большой вечер его памяти. Так получилось, что мы даже стали частью этого вечера.

А народу туда понапёрло дохрена, потому что там Бадди Гай обещал всех звёзд. И я бы, наверное, туда бы и не попал никогда в жизни. Там очередь была на улице.

Мы выступили, никуда не пошли больше, там и остались у стеночки. Там сесть абсолютно негде было, и встать редко где можно.

Очень много было чёрных людей пожилых, которых раньше там не видно было, обычно там либо туристы, либо такие бородатые, в очках, такие научные сотрудники, любители блюза.

Возможно, действительно все звёзды там были. Я, честно говоря, ни одну звезду там не опознал. Но у меня тогда кругозор был невысокий. Я до конца вечера не остался, устал, может самое главное и пропустил. Я потом описание этого вечера в газете читал, и всё равно ничего не понял, кто там был. Наверняка были какие-то великие люди.

Джемы

Честно говоря, плохо помню. Помню, что там довольно много бестолковых было музыкантов. Ведущий джема всех как-то распределял, чтобы это более-менее звучало. Меня, причём выпускать вообще не хотели, поскольку опознали во мне иностранца. А там иностранцы бывали, причём японцев много было.

На открытом джеме в клубе B.L.U.E.S.

Один японский басист, он прямо сел и сначала до конца играл, потому что больше не было басистов. Там не на основе группы был джем, как раз кто пришёл, тот и играет.

А про меня, видимо, думали, что какая-то глупость будет. Как же я петь буду, если я говорю плохо. Я вроде справился, хотя наверняка это было что-то ужасное. Так-то тянет рассказать, что да, меня там на руках носили, но нет.

В школе музыкальной я на хорошем был счету, там меня перспективным кадром считали. А вот на джемах я не могу сказать, что ко мне там очередь с объятиями выстраивалась.

Чикагский блюз

Чикагский блюз, я так понимаю, это довольно эклектичная и неряшливая смесь всех стилей, там изысканности совершенно никакой нет, но зато есть и фанк, и соул-вещи. И эта гаражность, она как раз привлекает. Потому что, когда я слышал потом исполнителей калифорнийских, допустим, там гораздо все изысканнее, гораздо все утонченнее, но вот этой разухабистости чикагской, ее нет.

Зато есть особая такая обаятельная шероховатость и там прямо поп-песню могут впендюрить в репертуар.

Бывает же, что музыканты до синей жилы на лбу со звериной серьёзностью играют шаффл. В Чикаго я таких не видел, везде это лёгкость.

Причём что на улице музыканты, что музыканты в клубах: они играют на разных уровнях, конечно, но это блюз, а у нас бывает, что («у нас» я широко понимаю), в Европе тоже, где угодно: вроде бы всё ровно, всё здорово, всё вместе, но на выходе какой-то не такой блюз.

А там на улице группа играет, всё криво, всё косо, всё не строит, а вот он всё равно — блюз

Прачечная

Когда я понял, что у меня одежда кончилась уже вся, мне рассказали, что там есть такая история, как прачечная самообслуживания. Вещь тоже неслыханная. В те времена это было совершенно непонятно, что такое быть может. Что стиральные машины стоят, ты покупаешь порошок и сам стираешь.

Сушишь там же. И то, что в комедиях показывает человек без штанов, может сидеть ждать, пока штаны сушатся, это вполне рабочая схема.

Ну и мне надо было в такую прачечную ехать. Я спросил на ресепшене, где такая, мне дали адрес. Я посмотрел по карте, что это довольно далеко. Но я так и не понял, как туда добраться на транспорте.

Транспорта я, честно говоря, там тоже, в общем, боялся. Несколько остановок на метро в понятном направлении я мог ещё одолеть и до школы добраться тоже мог. А вот куда-то там в сторону опасался. Я первый раз в эту прачечную на такси поехал.

Мне ни разу американцы-таксисты не попадались, все какие-то довольно дикие. Даже если это чёрный парень, то он обязательно из Африки ни на каком понятном языке не говорит. Но было легко, потому что я неуверенно общаюсь, а они уверено, но непонятно.Так хотя бы чувствовал, что мы на равных. Таксисту бумажку показать, на это меня хватило.

С сотрудником музыкальной школы

А в метро там вообще забавно. Ездить-то я до школы научился. Один раз мы засиделись в баре после занятий. Я пошёл на метро, оно там и ночное есть, но именно нужная станция закрывалась часов в 10:00. И я пришёл, станция ещё была открыта, но с меня никакой билетик не взяли. И никуда его засовывать не надо было, турникеты были открыты. Я переживал, что меня сейчас страшно оштрафуют, заберут в тюрьму и ещё что-нибудь сделают. Но выяснилось, что как раз когда уже дело к закрытию, эта станция просто стоит открытая, персонала там нет никакого, заходи бесплатно и езжай.

В общем, очень переживал, что купить не смог билетик. Я еду бесплатно. Как же так? То есть у меня здорового авантюризма хватило только на то, чтоб в Америку уехать.

Возвращение

Мне Америка понравилась больше, чем я думал, и я прямо её таки полюбил. Но оставаться там даже мысли никакой не было, я, наверное, маму расстроил. Наоборот думал: «О, как я круто, я сейчас вернусь и буду всем всё рассказывать и буду вот это всё внедрять». Вот он какой — блюз, оказывается. Эх, мы сейчас там устроим!

И удалось группе всей передать эту вдохновлённость. Мы прямо засели, начали что-то разбирать, уже более-менее по-правильному. И почти сразу в Москву уехали.

Оборачиваясь назад, как-то я понимаю, что это чуть не главное время в моей жизни было. Я эту возможность использовал не на сто процентов, конечно, дай бог если на пятьдесят, но то, что это было, точно совершенно, если бы это не было, то моя жизнь была бы совсем другой. Я тогда поверил в то, что блюз можно и нужно играть. И главное, что мне это по плечу и что я могу вписаться в любую среду.

И, опять же, говорю, наверное, моих просто познаний не хватило оценить уровень крутизны музыкантов, но они же там не для крутизны, они же там как обычная атмосфера. Редко было так, что люди прям на концерт приходят в основном в пятницу вечером летом американцы в шортиках тусят из бара в бар: там послушали, там послушали кого-то и даже не знают кто это.