"Buzz and Drive" — How the First "Bridges" Festival Was Created and What It Was Like

Гвоздодёр, шуруповёрт, молоток и стремянка — все эти предметы необходимы для проведения блюзового фестиваля. Откуда взялся, чем запомнился и почему стал знаковым фестиваль «Мосты»?

Блюз дружбы народов

Боб Марголин никогда не высылает программу заранее. Музыканты, которые аккомпанируют ему в Италии, Финляндии, а теперь уже и в России, прямо на сцене подхватывают гитариста-вокалиста, бывшего участника группы Мадди Уотерса. Аккомпанировать ему — это именно та ситуация про «пострелять из маузера Дзержинского».

«Однажды в Эстонии мы играли с Бобом на фестивале на десять тысяч человек. Вот тут-то некоторый мандраж и проявился. Огромная толпа, а мы даже не знаем, с какой песни начнем», — рассказывает лидер группы Jumping Cats Владимир Русинов.

Jumping Cats очень непростая группа, особенно для российского блюза. Собравшись когда-то благодаря выяснению в интернете насущных вопросов вроде «Гари Мур — это блюз или нет», Cats достаточно быстро стали заметной единицей московской сцены, а, получив вторничную резиденцию в, не побоимся этого слова, культовом «Доме у Дороги», стали периодически привозить в Россию зарубежных музыкантов.

«Первый раз мы пригласили в Москву моего друга, норвежского музыканта Якима Тиндерхольта, он согласился и прислал нам программу: 35 шаффлов. И тут я понял, что мы так играть не умеем, — говорит Владимир Русинов. — В итоге мы сняли репетиционную точку на месяц, и тридцать дней подряд репетировали программу».

Концерт с Тиндерхольтом оказался для группы знаковым — огромный новый опыт, новые навыки, а главное — общение и огромный кайф от совместной игры. И тогда неутомимый Русинов решил пригласить в Россию Джона Немета, уже тогда известного, а ныне обладателя всех возможных регалий соул-блюзмена из США.

За десять лет счёт привезенным группой западным музыкантам шёл на десятки. Агенты западных исполнителей уже знали и уважали Jumping Cats, а некоторые прямо требовали, чтобы их подопечным аккомпанировали Русинов и компания.

Так что рано или поздно это должно было произойти.

«Шурупы и пухто»

«За 17 лет жизни я несколько устал от Москвы и решил вернуться в родной Питер, — говорит Владимир. — Город очень изменился, стал куда более живым, всюду молодые люди и жизнь кипит во всех проявлениях. Я ездил по городу, слушал музыку и в один момент склеилось: надо делать фестиваль».

Городской опен-эйр «с нуля» — задача интересная: выбор места, команды, участников. Многие бы отказались от затеи уже на первом пункте.

«Директор одного из музеев, очень милая дама, предположила, что все гости фестиваля будут “под шишкой”, на вопрос, почему, ответила, что бывала на концерте The Wailers и там так и было».

И тут друзья Владимира подсказали, что к открытию готовится новое пространство под названием Севкабель и, возможно, такой фестиваль заинтересует их. Как оказалось, управляли Севкабелем свои люди.

«Сама площадка тогда была ещё не достроена, — рассказывает Владимир. — И перед нами появился целый ряд задач, которых мы не ожидали: например, построить проход из железных заводских шкафов, чтобы публика не ходила куда не надо, или разобрать тридцать огромных деревянных конструкций, стоявших на территории».

За конструкции взялся отвечать звукорежиссёр фестиваля Дмитрий Лейс, пригласив трёх друзей и вооружившись гвоздодёрами и прочими инструментами.

«За 13 часов они смогли разобрать все эти конструкции, но выяснилось, что после конструкций на деревянных настилах осталось невероятное количество шурупов».

На борьбу с шурупами был вызван знаменитый писатель-фантаст Леонид Каганов, который насобирал более восьми кило этих самых шурупов. Про то, как это происходило в красках, можно прочитать здесь.

«Мы даже выучили несколько новых слов, — говорит Русинов. — Нам сказали, что для фестиваля необходимо пухто. Что-что необходимо? - уточнили мы. Оказалось, контейнер для мусора. Пухто на выбор было большое и малое. Мы вязли большое. Оно помещалось только на КамАЗ».

И пока видные творческие силы Санкт-Петербурга занимались шурупами, пухто и деревянными конструкциями, ещё часть команды трудилась над привозом музыкантов.

Players

Чино Свингслайд человек невероятного обояния. Гитара в его руках способна на всё. Хотите чикагский блюз? Не вопрос. А вот и рок-н-ролл, а вот и аргентинское танго, которое звучит как там и тогда.

«Мы познакомились в Барселоне, где Чино проживает, на его концерте. — говорит Владимир. — Он играл в этаком спик-изи баре, где публика стояла на головах во всех смыслах слова сразу. Мы познакомились, я пригласил Чино в Россию. А он как раз расстался со своей русской девушкой и вознамерился ехать искать жену».

Так Чино Свингслайд стал своим человеком в России и, конечно, не пригласить его на «Мосты» было нельзя.

Имея в рукаве такой козырь как возможность позвать Боба Марголина, как устоишь? Тем более группа Jumping Cats уже успела сыграть с ним не только в России и Украине, но и поездить по Европе. Включая упомянутый выше фестиваль в Эстонии.

В первый приезд, имея в голове некоторые стереотипы о России, родом из времен Холодной войны, Марголин даже не взял на всякий случай гитару. Теперь он ехал к друзьям.

И тут выясняется, что лауреаты Blues Music Awards, Welch Ledbetter Connection ровно за сутки до фестиваля играют в Норвегии. А сколько лётного времени из Норвегии до Питера? Часа два.

«Переговоры с Джиной Маклейн, агентом группы, были непростыми, а сумма, которую выставили в качестве гонорара полностью соответствовала группе, но сильно увеличила бюджет фестиваля, — рассказывает Владимир. — Но мы понимали, что с таким лайн-апом это будет бомба».

Россию на фестивале представляли зачинщики «Мостов» Jumping Cats, взявшие весь удар на себя, а также играющие смесь южного рока и гитарного блюза Backstage Юрия Новгородского. За акустику (а это отдельная тема) отвечали москвичи Folkline, играющие ранний американский фолк-блюз и кантримены SPB City Ramblers.

«Что круто, у нас получилось навести мосты в том числе между Питером и Москвой, — говорит Русинов. — Благодаря стараниям Араика Акопяна, арт-директора Клуба Алексея Козлова и большого музыкального подвижника, мы провели афтепати “Мостов” в Москве. И что это было за афтепати? На сцене выступили все хедлайнеры фестиваля!».

«Мосты»

Владимир Русинов: «Никаких сожалений о том, во что мы ввязались не было. Да, были ошибки, а у кого их не бывает в первый раз? Не рассчитали с электричеством для мороженого, бывает. Да, люди, готовившие бургеры были вынуждены готовить их девять часов кряду.

Главное, мы навели те самые «Мосты» — это мосты любви, взаимопонимания, дружбы и культуры. А сколько друзей приобрели. Фестиваль был совсем не официозный: танцоры, которые одним своим появлением даже визуально превратили происходящее в еще больший праздник. Люди, которые занимались кейтерингом. Виниловый маркет от магазинов и энтузиастов.

А музыканты! Кайф и драйв, прогулки по любимым местам, любимым заведениям, тусовки и радость от того, что на другой части планеты эту музыку понимают и принимают не хуже. Поэтому был один вариант — продолжать».